На улице тепло, хорошо, девушки ходят. Многие из этих девушек ходят в хорошей одежде, типа очень коротких шортов, когда видны молодые красивые ноги; или миниатюрных топов, из которых всё добро чуть не вываливается наружу. Девочкам хочется нравиться, что похвально, девочкам хочется внимания, что естественно.

Так уж сейчас получается, что нравственность — личное дело каждого, и как-то «пристыдить» мало кого удастся — девушкам кажется, что они сами лучше знают, что им нужно. Ну, и готовы пробивать свой путь отросшими достоинствами. Да и многим молодым людям это нравится, особых жалоб по этому поводу не услышишь — глазу приятно, и хорошо. При этом у них не возникает мысль, а что если бы так по улице ходила их мать, их сестра, или их дочь.

Такое случается, что разные твари подъезжают на машине и просто заталкивают девушку внутрь. Потом девушку избивают и насилуют, творят что понравится — а нравится тварям многое. Сделать это можно на квартире, за городом, прямо в машине во дворе — место найдётся.

Заталкивают тех, кто больше понравится, и кто на вид не особо и против, а именно девушек, одетых по последней блядской моде — горячая девка привлекает горячих парней. Необязательно это одинокие девушки — отпихнуть парня рядом труда не составит. Необязательно это на пустых улочках — такое происходит и на глазах прохожих.

Обидно, что многие дуры тупо не понимают, что может произойти. Можно поехать за город с давно знакомыми милыми ребятами, которые там её и отымеют по пьяни, если решат, что девушка выглядит так, что и сама не против, а отбрыкивается просто «по кокетству». Можно пойти в клуб покрасоваться, а домой возвращаться поздно вечером, когда на улицах, как известно, тихо и спокойно.

Одна знакомая, из тех, кто знает «всё про всех» (страшно предположить, что такого она знает конкретно про меня), рассказывала мне, что неоднократно случается и такое, что одна девушка «заказывает» у знакомых ребят свою соперницу. Эту самую соперницу потом и тащат в автомобиль, полный энтузиастов, которым подсказали, что девушка сама-то хочет, но так напрямую не скажет. И ребята довольны, и соперница устранена, а точнее — пропользована группой ребят по очереди и сразу. Одна девушка-«заказчица» как-то была сильно удивлена, когда на квартирной пьянке таким же образом попользовали и её. Ребята решили, что раз для неё такое было нормально, то почему бы и нет.

Девушкам соображающим (или хотя бы претендующим на это) следует знать, что одеваться вызывающе не стоит, даже если сильно хочется или ей что-то там «кажется» (из серии, мол, мне кажется, что ничего не случится; мне кажется, что это нормальные ребята; мне кажется, что я защищена в этой компании от прохожих и прочие). Следует понимать, что даже «нормальные» ребята могут много чего натворить, особенно по пьяни. Одного урока вполне хватает, чтобы начать соображать, но желательно подумать об этом до того, как что-то произойдёт, и обойтись без таких уроков.

Дочь моего знакомого насиловали одноклассники примерно раз в неделю, на квартире у одного из них, причём девочку вынудили приходить туда самостоятельно. Знакомому не было до этого дела — он был слишком занят на работе, а мать заливала зенки так, что не видела даже свою рожу в зеркале. Сейчас уже несколько поздно заниматься дочкой, её воспитанием, общаться с ней про её жизнь; можно работать и выпивать дальше, будто ничего и не случилось.

Близким тебе девушкам и женщинам по этому вопросу стоит вправлять мозги до тех пор, пока они не поймут, как обстоят дела. Если тупая дура — демонстрировать конкретные примеры, произошедшие на известных ей улицах, с конкретными красочными описаниями, что и почему произошло. Будет делать круглые глаза, мол, как так, да это всё единичные случаи, да у нас спокойный район, да и вообще о чём ты говоришь — готовься увидеть глупость девушки во всей красе. Даже если раньше она казалась весьма сообразительной, в таких вопросах многие отчего-то глупы как бревно, и в упор не желают признавать даже факты — вокруг все такие, блин, хорошие, и никогда никто ничего.

Если любые разговоры не помогают — готовься лечить нервы.

Что-то я вчера приболел, сижу с насморком и температурой. Обвязал локти платками, наматываю сопли на ткань, удобно. Платков хватает на два часа, потом их можно уже выжимать. Скоро в ход пойдут половые тряпки у входа, коврики и прочее.

Раньше, когда жил среди людей, насморка не было — отличная вонь от общего сортира пробивала любые заслоны в носу. Сейчас же различные ароматы и благовония делают только хуже — как жить?

Отключили горячую воду. На этот случай заблаговременно установил нагреватель воды (марку сказать не могу, так как почему-то никто за рекламу не заплатил). Горячая теперь есть, но мои мега-ванны «анти-шлак» накрылись медным тазом, так их особо не примешь.

Подтягиваться или потягать гантельки не могу из-за общей слабости, тухну как вялый мешок с говном. Спал откровенно хреново. Кризис среднего возраста обострился и давит на мозги, однако себя жалеть нельзя, как известно любому грамотному человеку.

Звонил какой-то мудак, дышал в трубку. Я в ответ сморкался и хрипел, надеюсь, он остался доволен.

До завтра надо выздороветь.

Вчера вечером во дворе опять кричали молодые люди. Кричат часто, видимо, от чрезмерного веселья — когда на улице никого нет, подросткам вольготно, а жители привыкли. Я в это время ошивался на балконе, брал инструмент (с ударением на «у», понятно дело), да выглянул в окно, что там да как.

А там молодые ребята сгрудились над какой-то кучкой и пинали её ногами. Крики издавали сами ребята, а кучка уже помалкивала и не двигалась. Позвонил в милицию, выходить на помощь не стал — и ребят было много, и жене бы дурно стало, а герой из меня херовый. Пока милиция добиралась, ребята порылись в карманах кучки, что-то нашли — ну, хоть не зря били. Один шибко нетерпеливый бодро поссал на тело, особо хорошо промочив волосы лежачего. Остальные одобрили. Милиция приехала быстро, ребят задержали — они никуда и не ушли, и разбегались как-то вяло — устали надсажаться-то. Один шустрый (что характерно — мелкий), правда, помотал так проворно, что пришлось его задержание отложить на потом. Кучку отскребли от асфальта и увезли на скорой — шевелился ещё.

Ну, а я взял инструмент и пошёл дальше.

Как-то вечером, лет десять назад я шёл домой с работы, молодцевато гарцуя и напевая песни про счастливо ушедшее детство. Захожу в родной ссаный подъезд, а там плачут и непонятно хрипят. Я поднялся по лестнице, чтобы посмотреть, что творится, да и тонус поднять — для здоровья полезно. Этаже этак на четвёртом-пятом мужик с красной опухшей рожей бил бледную женщину. Ножей поблизости не было видно, мужика пошатывало, и положить его на пол труда не составило.

А тут на лестницу выглянул тощий усатый мужик в халате и спросил, что случилось. Я вкратце описал, что да как, мужик пошёл звонить в милицию. Женщина забилась в угол и сопела, глотая сопли. Краснорылого, судя по всему, разморило, и он вообще уснул — наверное, в тот день у него был выходной.

Как добралась милиция, женщина начала пояснять, что я избил её мужа, видимо, на почве внезапно возникших неприязненных отношений. Возможно, даже отобрал у него денег, а у него как раз сегодня зарплата. Усатый мужик похлопал глазами и сказал, что особо ничего не знает. Я начал было делать круглые глаза, но это не помогло — поехал в отделение.

Там в ходе личного разговора и прояснения ситуации я лишился своих валютных резервов в размере двухсот единиц*. Налегке и дошёл обратно до своего подъезда, поднял тонус — полезно для здоровья.

Ну и это, «бьёт — значит, любит».

_____________________
* Понятное дело, что история эта выдуманная и взяток правоохранительным органам я никогда не давал.

Пока в Грузию поставляют вооружения, причём не только из США, и Саакашвили очередной раз поясняет, что у Грузии нет ни желания, ни возможностей воевать с Россией, из Генштаба России пришли хорошие новости.

Сообщают, что в Еврокомиссию переданы доказательства того, что агрессия Грузии по отношению к России готовилась с 2004 года. Видимо, Саакашвили и его американским друзьям нужно искать документы, которые подтверждают, что Россия готовила агрессию эдак года с 2002-го, а то получится, что на самом деле конфликт развязала Грузия.

Уже подготовлено 380 томов о преступлениях руководства Грузии — всё по уголовному делу о геноциде и массовых убийствах мирных жителей и миротворцев в Южной Осетии. Богато описаны уничтожения жилых кварталов, убийства мирных жителей, приложены трофейные грузинские документы, по которым видно, что наступление было тщательно подготовлено — то есть было запланировано уничтожение мирного населения.

Тут вовремя подтянулась оппозиция в Грузии под показательным названием «Единая Грузия». Лидер партии заявила, что 7 августа 2008 года Саакашвили сообщил, что отдал приказ бомбить Цхинвали. Мол, тогда его убеждали, что Россия не вмешается в конфликт, а если и вмешается, то проиграет.

Ну, в общем-то, в информационной войне мы тогда и проиграли. Сейчас же главная надежда на то, что не будет очередных боевых действий, и удастся убедить мировое сообщество признать тот факт, что Россия не нападала на Грузию.

Через два месяца Еврокомиссия должна окончательно отчитаться по поводу боевых действий в Южной Осетии в 2008 году.

А сегодня представитель госдепа США встретится в Тбилиси с министром иностранных дел Грузии, причём для СМИ эта встреча будет закрыта — видимо, говорить будут по делу. Потом американец побеседует с секретарём Совета национальной безопасности Грузии, а далее и с Саакашвили.

У них есть, что обсудить.

Россия — большая страна с очень красивой природой. Решил я в свободное время пособирать пейзажей России, чтобы поделиться с другими красотой родной страны, и заодно напомнить, в какой стране мы живём.

Смотреть здесь.

Пополняться будет, насколько часто — не знаю. Если знаешь, где ещё взять красивые пейзажи России — сообщай, не стесняйся. Автора нужно указывать.

Любовь настоящие испытания проходит редко. Трудностей-то навалом, а таких чувств или, скорее, таких людей, которые эти трудности преодолеют — гораздо меньше. Для людей в возрасте ситуация вообще иная, и вопросы стоят другие — романтики меньше, взаимные чувства притуплены, а соблазнов больше. Зависит всё от человека, как он считает нужным поступить, и хватит ли у него воли, чтобы на самом деле поступать так, как он хочет.

В Санкт-Петербурге живут двое замечательных людей, Михаил и Дарья, супруги.

История у них изначально была романтическая. Сближались они постепенно, а не с бухты «Барахты» — аккуратно и без форсирования событий. Когда после учёбы Михаил пошёл в армию, Дарья его дождалась, отказывая местным ребятам, а он дождался её. Как вернулся, через год поженились.

Два года назад, когда Михаилу было 28, а Дарье 25, Дарья попала в аварию, в которой получила травму позвоночника и паралич ног, а в нагрузку — перестала говорить.

Понятно дело, пробовали лечить по-всякому. Врачи особо не помогли. Давали денег и экстрасенсам-знахарям — в такой ситуации им заплатишь, лишь бы помогли — но эффекта не было.

Родители Михаила как-то сразу сникли и, видимо, не раз говорили с сыном на предмет «скинуть с себя нагрузку». Мише такие разговоры не нравились, и он со временем с родителями общаться перестал, причём так, что им приходилось передавать сыну сообщения только через знакомых.

Денег на всё требовалось много, и времени на уход за Дарьей тоже. Друзей сразу после аварии стало меньше наполовину. Остальные сначала помогали, сидели с Дашей, «болтали» с ней на какие-то общие темы, но месяца через три и оставшиеся друзья прекратились. Михаил их не винил, не ругался. Он много работал, а дома как-то пытался общаться с женой. Видимо, преимущественно в одностороннем порядке.

Постепенно у самых пытливых умов стали возникать вопросы, мол, а как у него обстоят дела с интимной жизнью. На работе Мише строила глазки одна сочная девушка, и не сказать, что он её от себя отталкивал. Пару раз их видели вместе, а Миша, бывало, задерживался на работе, но ночевал всё же всегда дома.

Первые несколько месяцев он вывозил Дарью на прогулки в парк, сидел с ней на скамейке. На одной из таких прогулок как-то был я. Когда я вгляделся в Дашино лицо, как она смотрит на шумящие листья, на бегающих птиц, на играющих детей, а особенно — на молодых мам с колясками, я долго не мог уснуть в тот день, хотя, казалось бы, и своего горя видал из первых рядов.

Михаил был из убеждённых трезвенников, когда начал выпивать. Пил он один, и сколько – никто особо не знал, но понятно, что много. Тяжело представить, как это происходило в их однокомнатной квартире — он пьёт на кухне, а Даша молча на это смотрит, или сидит в комнате, или пытается его остановить, если есть силы — опять же молча. Судя по всему, остановить Мишу особо не получалось, рожа у него была довольно опухшей.

Через год такой жизни он как-то был у меня и начал рассказывать. До этого он был очень сдержан и старался всю эту тему лишний раз не затрагивать, а тут его прорвало — я хорошо запомнил его монолог тогда. Прихожу я, говорит, а она там в кресле. Сидит, меня ждёт. Я быстро бросаю вещи, переодеваюсь. Умылся, смотрю на неё, она на меня. А я просто уже не хочу это видеть. Она как-то даже накрашена, одета, видно, что хочет следить за собой. Я начинаю плакать, а она смотрит прямо на меня. Если протягивает руки, то я просто ухожу на кухню. Я не могу это видеть. А если просто молчит и рассматривает, как я плачу на кухне, я отвожу её кресло в комнату и оставляю её там. Она тогда уже не приезжает и не оборачивается. А лицо потом у неё мокрое от слёз, поэтому я уже не люблю смотреть на её лицо. С утра я уже сваливаю как можно раньше. На выходных было ужасно, когда мне не надо было на работу, я проводил время с ней. Сейчас я могу сказать ей, что мне надо куда-то уйти, и я даже не оборачиваюсь, чтобы не видеть её. А сам иду куда угодно. Она пытается как-то жить, что-то делать, она что-то читает, что-то там рисует, но я не смотрю. Я поступаю как слабак, но я не смотрю и всё. Она одна в своих делах. Я не знаю, помогает ей это или нет. Потому что если ведь не помогает, то я не знаю, как она там одна, ведь другого у неё просто нет. Хотя я пытался дать ей другое, но я так уже устал.

Выговорившись и выплакавшись, Михаил спросил меня, что ему делать. Это вопрос из тяжёлых, и Миша особо на ответ не надеялся. А что делать? Я подумал о том, что бы я сделал на его месте, и так и не смог этого себе представить. Я ответил Мише, что ему следует подумать о том, стоит ли их любовь того испытания, что им обоим досталось. Если стоит — то отталкиваться уже от этого, ну, я не знаю, делать что-то вместе. А если не стоит, то я уже сам не в состоянии дать совет, что делать, извини. Конечно, не мне говорить, что ему следует, а что не следует, но сказал как есть, что думал — а думать про такое нелегко.

После этого разговора у Михаила что-то сдвинулось в душе, и он стал глядеть на Дашу немного другими глазами. Они стали делать всякое вместе — строить карточные домики, играть в компьютерные игры. Даша начала боязливо улыбаться — это когда боишься, что всё вдруг быстро закончится. Дело начало меняться быстрее, когда Михаил впервые за всё это время принёс ей в дом цветы. В тот день они ничего не делали, только смотрели друг на друга и общались словами да знаками. Даша наконец показала мужу свои рисунки, а он наконец их посмотрел. На них в основном был он, иногда они вдвоём; где-то Даша была изображена на ногах, где-то в коляске.

Михаил периодически рассказывал мне, как оно всё у них двигается; он становился спокойнее, стал меньше пить, лицо приобретало нормальный оттенок. Он посмотрел на ситуацию с другой стороны, и это ему помогло.

Примерно через полгода она начала двигать ногами. Я не знаю, как и почему, а догадок можно настроить разных. Честно сказать, я никогда не хотел вникать в их врачебно-лечебные дела, диагнозы и прочее. Я помню, как счастливые супруги устроили мне показательное выступление, на котором Даша медленно согнула и разогнула ноги. Её глаза сияли, как будто ей первый раз в жизни признались в любви.

У Миши появилось новое дело, поинтереснее, чем погрустить, выпить, встретиться с какой-нибудь девушкой — он учил любимую ходить заново. На это ушло месяца четыре, как она смогла передвигаться самостоятельно — медленно, но не оседая на пол и не впившись руками в разное вокруг.

Потом она как-то сказала своё новое первое слово: «Миша». Я так понял, она целый день повторяла его Михаилу на ухо, потому что не могла громче, а он целый день его слушал. Постепенно она заново училась говорить, а муж заново учился её слушать, и слушал он её гораздо охотнее и внимательнее, чем когда-либо. Со стороны это было удивительно, даже по кратким рассказам Миши, я будто сам ненадолго прикоснулся к прекрасному, что в жизни случается довольно редко, а у многих не случается и вовсе, даже когда рождаются дети.

Сейчас Дарья уже устроилась на работу, не на полную смену, хлопочет по дому. Говорит мало и тихо, но удивительно по делу. Глаза у неё стали глубже, взгляд умнее. Они оба прошли обследования и хотят ребёнка, который по всем признакам должен родиться здоровым.

Сдаётся мне, что такие будут вместе уже до конца.

Пока мне по разным семейным делам не спится (а уж два часа ночи, ядрёна вшива мать), тут сообщают, что за первые полгода естественная убыль населения России сократилась на 30 процентов. Это смертность уменьшилась, а рождаемость повысилась.

Ну, безусловно приятно читать разных знатоков в интернете, которые радуют прогнозами, что русских надо просто огородить, они и сами вымрут; а потом заходи, бери. А тут вдруг такая тенденция, что, может, ребята и не правы оказались — есть вероятность, что мы и не подохнем в мольбах, как представляется интернет–активистам.

От таких новостей активные интернет–политтехнологи, ненавидящие Россию, могут ведь не выдержать и обрыгать говном всё вокруг. Не злитесь, берегите здоровье — вам ещё работать.

Наконец, выпала возможность принять «анти-шлак» ванну, что и сделал — пот льёт, а шлак уйдёт. Лежал–плавал, думал, включил на мобильнике Шопена — технологии обновляются, звук всё ухудшается, а классика звучит почти так же.

Здоровьем надо заниматься, всё же чувствуешь себя пободрее, настроение получше — вдохновляет. Да и лучше ванну принять («анти-шлак», понятное дело), чем отсмотреть мега-сериал по телевизору или выжрать стопарик с друзьями. Тут мне возразят, мол, с друзьями ванну-то не примешь, а эгоистом быть некрасиво; ну, а синюшная опухшая рожа тоже не особо красиво, так что тут уже выбор каждого.

А тут Борис Грызлов сообщает, что за 2008 год 7,7 процента оборота розничной торговли составили алкоголь и пиво. Это, в общем-то, многовато, даже туалетную бумагу так не покупают, не говоря уже о мыле (моются многие люди вообще весьма редко, что уж говорить о подтирке жопы себе и окружающим).

Легковых автомобилей накупили на 8 процентов от оборота розничной торговли. Получается, можно свежекупленные легковухи продать и купить ещё столько же водки и пиву — будет веселее перемещаться в метро и автобусах.

Про спорт говорить, наверное, и смысла нет — легче опрокинуть пару, чем утруждать себя упражнениями. Зато потом можно поудивляться, чё это жена на тебя не обращает внимания, когда у тебя такое округлое мягкое пузо — многое теряет, коза. Ну, а потом выпить вместе и выяснить отношения за столом, с вилкой в одной руке и ножом в другой, по этикету.

Борис Грызлов говорит, мол, надо развивать физкультуру и спорт. Вот поглядим, как оно будет развиваться, а то пока не шибко видно.

Тут в Красносельском районе на радость феминисткам проживала пара — жена 53-ёх и муж 49-ти лет. Жену пару раз привлекали за причинение тяжкого вреда здоровью — видимо, давала знать, кто в доме хозяин. Феминистки поймут — мужик ведь наверняка был слабый, ни на что не годный, поэтому приходилось бить.

А тут решили выпить, отдохнуть. В процессе разговора жене что-то сильно не понравилось, она взяла нож и ткнула супруга пару раз, а тот и помер. Пришлось, видимо, допивать в одиночку.

Такие новости напоминают мне о старых знакомых, живущих в районе метро Чкаловская. Женщина там дюже сильная, личность выпирает со всех сторон — спереди, сзади, с боков. Муж работает, приносит денег, жена отбирает, выпивает сама, а мужу не даёт — так проявляется супружья забота, чтоб алкоголиком не стал (а то время сейчас тяжёлое). Водит к себе мужиков, пока мужа нет дома, а как-то раз и вовсе постелила ему в прихожей, так как его место на кровати было занято ранее. Мужик уйти не может, говорит — любит, и при словах у него трясутся руки. Возникает мысль, что лучше бы и пил, может, его тогда хотя бы выгнали из дому.

Сейчас у них подрастает сын, отличающийся собственническими повадками в отношении девушек вроде «я пну, а ты подай». В какой-то мере можно сказать, что растёт маменькин сыночек.

Тут можно ожидать, что на каком-нибудь семейном празднике ребята выпьют и тоже потыкают мужа-отца столовыми принадлежностями, чтобы тот особо не выступал.

Сильным женщинам сейчас тяжело.

Тут наступил август, и надо бы отрабатывать деньги, пока жарко.

Сначала Грузия увеличивает количество вооружённых сил на границе с Южной Осетией. Потом делает два выстрела из миномёта в сторону соседей, чтоб никто не пострадал, а то ведь докажут, что действительно стреляли. Говорят, мол, про обстрелы всё выдумали, и Россия опять накаляет ситуацию, помогите. А Россия особо на это не реагирует — обидно, надо с этим что-то делать.

Грузия заявляет следующее: российские оккупанты уже пытаются проникнуть вглубь Грузии, перемещая пограничные столбы. Наблюдатели из Евросоюза переноса границ не обнаружили, но в СМИ уже отметили — русские продвигаются на территорию Грузии. Далее говорят, мол, так как президент Южной Осетии Кокойты сказал, что Трусовское ущелье — это исконно осетинские земли, значит, это Россия так озвучивает свои оккупационные планы. Ну, и вывод делается соответствующий: Россия нагнетает обстановку, Грузия снова в опасности.

Саакашвили, естественно, вовремя пояснил, что уж он-то никоим образом не хочет конфликта. Западные партнёры Грузии тоже советуют решить все проблемы исключительно мирным путём. Остаётся только Россия с её агрессивно-боевым настроем, которой вечно что-то надо от Грузии. И вообще, говорит Саакашвили, это чудо, что он всё ещё президент, несмотря на таких соседей.

Тем временем в Грузию продолжают поступать вооружения, хотя, конечно, «войны никто не хочет», а у Грузии нет никаких планов присоединять обратно Южную Осетию силовым путём.

А вот в качестве защиты от агрессивного соседа — пожалуйста.